«Спешите делать добро»

120
3 минуты

Рубрика: Москва из бабушкиного ларца

Фридрих-Иосиф Гааз (Friedrich-Joseph Haass) родился 24 августа 1780 года в старинном городке Мюнстерайфеле неподалеку от Кельна. Он окончил курс медицинских наук в Вене. И если б не занемогший престарелый генерал-фельдмаршал Николай Васильевич Репнин, которого молоденький доктор с успехом излечил, как знать, может, жил бы Гааз в Вене и имел бы прибыльную и успешную врачебную практику. Но, поддавшись на уговоры именитого пациента, Фридрих перебрался в Москву, где быстро обрел известность как весьма способный доктор.2

Доктор Гааз был глубоко верующим человеком, прихожанином католического храма св. Людовика на Малой Лубянке. Однако именно он добился постройки православного храма св. Троицы на Воробьевых горах рядом с пересыльной тюрьмой. На свои деньги он покупал Евангелия и молитвословы для бедняков и заключенных, дружил с православными священниками, знал все тонкости православной литургии и считал православие сестрой католицизма.

На вопрос, почему он, немец, католик, не возвращается из России к своим единоверцам, доктор ответил:«Да, я есть немец, но прежде всего я есть христианин. И, значит, для меня „несть эллина, несть иудея…“ Почему я живу здесь? Потому что я люблю, очень люблю многие здешние люди, люблю Москву, люблю Россию и потому, что жить здесь — мой долг. Перед всеми несчастными в больницах, в тюрьмах».

В качестве главного врача военного госпиталя, Гааз ездил по Северному Кавказу, где открыл, исследовал и подробно описал источники целебных минеральных вод, вокруг которых позднее возникли известные курорты — Железноводск, Пятигорск, Ессентуки и Кисловодск.

Федор Петрович Гааз стал членом и главной движущей силой «Комитета попечительства о тюрьмах». Положение арестантов в московских тюрьмах в то время было страшным: грязь, сырость, отсутствие нар, переполненные камеры, содержание впроголодь.

Гааз сумел добиться отмены так называемого «прута» — по сути орудия пытки, которое использовали для предупреждения побегов идущих по этапу. Прикованные намертво к железному пруту, со стертыми до крови руками, шли больные и здоровые, старики и дети, мужчины и женщины. Тех, кто падал, волокли остальные, мертвых на привале отстегивали, заменяя их живыми. Всем идущим по этапу брили половину головы.

Благодаря Федору Петровичу прут был заменен легкими, кандалами, а в тех губерниях, где прут еще сохранялся, наручники стали обшиваться кожей или сукном. Надев на себя облегченные кандалы, доктор ходил в них по своей комнате вокруг стола, считая круги, пока не «проходил» 5-6 верст. Так он испытывал свое изобретение. Гааз добился отмены поголовного бритья, которое осталось обязательным только для каторжных. Доктор руководил постройкой новых тюремных больниц, по его настоянию партии ссыльных, приходящих в Москву, оставались в ней на неделю. Он посещал каждую партию не менее четырех раз, обходил все помещения пересылаемых, говорил с ними, расспрашивал о нуждах, осматривал.

Заболевшие отделялись от партии, помещались в открытую Гаазом больницу при пересыльной тюрьме. Нарушая существующие законы, Гааз оставлял даже здоровых арестантов, если заболевал кто-либо из членов его семьи, сопровождающей ссыльного в Сибирь.

Для того, чтобы семьи не разлучались, доктор выкупал крепостных — жен и детей , чтобы они могли сопровождать своих близких. Спасая во время эпидемий холерных больных, он, в пример молодым врачам, сам мыл, обертывал и даже целовал зараженных. Этим он хотел доказать, что холера не передается от человека к человеку, что у нее «другие пути».

Когда его хоронили, более 20 тысяч человек пришли проводить доктора в последний путь. На могильном камне высекли слова: «Спешите делать добро». Их можно считать его завещанием всем нам.

Памятник доктору Гаазу находится по адресу в Малом Казенном переулке д. 5 стр. 1.


  • Комментарии
Загрузка комментариев...