В Следственный комитет поступило заявление с просьбой проверить работу диспетчеров и спасателей при пожаре SSJ100

3 минуты

Авто: Елена Краскова

Адвокат потерпевших по делу о катастрофе SSJ100 в аэропорту Шереметьево Игорь Трунов направил председателю Следственного комитета заявление с просьбой проверить работу диспетчеров и спасателей аэропорта, сообщает «Интерфакс».

По мнению адвоката, специалисты спасательных служб допустили "существенные нарушения своих должностных обязанностей". Аварийно-спасательная бригада прибыла к месту ЧП только через две минуты после полной остановки воздушного судна, спасателей было мало, их действия плохо координировались, отметил Трунов. Также он заявил, что "силы подразделений пожарной охраны вообще не были направлены на первоочередное спасение людей, а были направлены лишь на тушение пожара снаружи воздушного судна".

Надо сказать, что недостаточно четкая и скоординированная работа наземных служб сразу называлась в числе причин гибели людей. Кадры крушения самолета, пожара и последующей эвакуации пассажиров вызвали вопросы: Почему пожарные службы не встретили самолет на взлетно-посадочной полосе и не начали тушить его сразу после возгорания? Почему ВПП не пролили заранее пеной? Почему эвакуирующихся из горящего самолета людей никто не встречал?

После катастрофы следствие назначило специальную экспертизу действий аварийно-спасательных подразделений аэропорта Шереметьево. Об этом писала Lenta.ru со ссылкой на неназваный источник в правоохранительных органах.

По его словам, перед экспертами поставлено более 50 вопросов, в частности касающихся профессионализма спасателей и соответствия их нормативных документов международным требованиям.

Источник издания сказал, что руководитель полетов объявил сигнал «тревога» через 80 секунд после посадки потерпевшего крушение самолета, в то время как по нормативным актам он должен был это сделать сразу после получения тревожного сигнала от SSJ100, и во всяком случае, до начала снижения воздушного судна.

Источник также рассказал, что, как установило следствие, первый прибывший к горящему SSJ100 спасательный автомобиль выехал из депо, а не с точки сбора аварийно-спасательных формирований; более того, по имеющейся информации, на точке сбора в момент посадки аварийного борта техники вообще не было. В частности, из шести аварийно-спасательных автомобилей Elefant, которые должны были принимать участие в тушении горящего SSJ100, в первые шесть минут были задействованы лишь два, загруженные водой, а не пеной, необходимой при тушении разлившегося топлива.

Из предварительного отчета МАК следует, что экипаж самолета подавал наземным службам сигнал срочности, который не обязывает руководителя полетами объявлять тревогу на земле и выводить аварийно-спасательные формирования на точки сбора. Однако за семь минут до посадки экипаж подал сигнал аварийной ситуации 7700. Правда, голосовым сообщением “MayDay”, сигналом бедствия, пилот его не подтвердил. Без дополнительных голосовых пояснений это может означать лишь требование обеспечить приоритет в радиосвязи и расчистку пространства от других бортов. Но остается непонятным, почему при реагировании на ЧС наземными службами аэропорта Шереметьево не были учтены ни полный вес SSJ-100, ни наличие на борту пассажиров.

"При подаче с борта самолета сигнала бедствия 7700 диспетчер должен был принять решение относительно предоставления наиболее эффективной помощи; заручиться поддержкой любого другого органа, осуществляющего обслуживание воздушного движения или других служб, которые в состоянии оказать помощь воздушному судну. Однако диспетчер не выполнил своих обязанностей", — считает Игорь Трунов.

Защита обвиняемого пилота Дениса Евдокимова заявляла, что в обвинительном заключении отсутствует прямая причинно-следственная связь между гибелью людей и неудовлетворительной работой спасательных служб аэропорта. Ранее следствие отклонило ходатайство адвокатов Дениса Евдокимова о возбуждении уголовного дела в отношении наземных служб.

Напомним, что катастрофа, унесшая жизни 41 человека, произошла 5 мая 2019 года. Через несколько минут после вылета рейса SU 1492 Москва — Мурманск в самолет попала молния. На борту отключились автопилот и радиосвязь, включился режим прямого управления. Приземляясь, самолет совершил касание, подскочил и вновь совершил касание; к третьему касанию стойки шасси были частично разрушены. Произошел подлом основных опор шасси, дальнейшее разрушение самолета с разливом топлива и возгоранием.

Командиру экипажа воздушного судна Денису Евдокимову предъявлено обвинение по ч.3 ст.263 УК РФ (нарушение правил безопасности движения и эксплуатации самолета, повлекшие по неосторожности смерть двух или более лиц).


  • Комментарии
Загрузка комментариев...