Автор: Миллер Александра
Картинка сгенерирована ChatGPT
В эпоху глобальной цифровизации интернет перестал быть просто источником развлечений. Он превратился в ключевую площадку для заработка. Удаленная работа, фриланс, экспорт услуг, партнёрские программы, монетизация контента – всё это стало частью повседневной реальности миллионов россиян. Но с ростом числа блокировок ресурсов ситуация начинает напоминать игру в «музыкальные стулья»: музыки всё меньше, а стульев — и подавно.
Ещё несколько лет назад российский фрилансер мог без проблем сотрудничать с зарубежными заказчиками через международные платформы. Дизайнеры загружали портфолио на Behance, программисты искали проекты на Upwork, копирайтеры продавали тексты на Fiverr, а SMM‑специалисты управляли рекламными кампаниями через Meta‑сервисы*. Сегодня значительная часть этих возможностей исчезла.
Если кажется, что особенно болезненно это ударило по IT‑сфере, то нет. На самом деле пострадали многие: и обычные работники, и бизнес, причем из различных сфер. Некоторым компаниям, которые раньше могли привлекать таланты со всей России, теперь и вовсе вынуждены сокращать штат или переносить бизнес за рубеж, где инфраструктура надёжнее.
Блогеры и создатели контента столкнулись с двойным ударом. С одной стороны, блокировки популярных соцсетей лишили их привычных площадок для монетизации: рекламы, партнёрских программ, донатов. С другой – аудитория, привыкшая к определённому формату потребления контента, начинает рассеиваться. Кто‑то уходит в менее удобные сервисы, кто‑то вообще снижает активность.
Но проблема касается не столько блогеров, сколько компаний и специалистов, работавших с инфлюенсерами: бизнес лишился прибыльного канала заработка на фоне роста налогов. А под реальной угрозой – маркетологи: осенью возможно введение платы за международный трафик (до 150 рублей за гигабайт). Из‑за этого компании могут упразднить целые маркетинговые отделы. Люди, годами осваивавшие профессию, рискуют остаться без работы – им придётся менять специальность, искать разовые заказы или бороться за редкие вакансии в других фирмах. Благо, пока власти решили отложить введение платы за VPN-трафик. Но идею только отложили, от нее не отказались.
Сфера электронной коммерции в действительности обескуражена. Те, кто работал с зарубежными поставщиками, столкнулись с проблемами логистики и оплаты. Даже локальные интернет‑магазины ощущают последствия: сбои в работе платёжных систем, недоступность аналитических инструментов и рекламных платформ снижают продажи и вынуждают сокращать персонал.
Онлайн-образование. Из‑за блокировок и санкций преподаватели и авторы онлайн‑курсов лишились доступа к международным платформам, аудитории и платёжным системам. Сотрудничество стало невыгодным из‑за сложностей с переводами. Многие также потеряли доступ к уже купленным курсам.
Сегодня практически в любой профессии специалисты сталкиваются с необходимостью искать новые рабочие инструменты – привычные решения стали недоступны из‑за блокировок. Особенно тяжело тем, кто годами кропотливо выстраивал клиентскую базу: в одночасье она может обесцениться и фактически исчезнуть. По сути, человека лишают наработанных результатов – его профессиональный фундамент рушится. При этом общество и рынок, увы, не предлагают никакой поддержки: никому нет дела до того, как специалист теперь будет обеспечивать себя и свою семью, оплачивать жильё и закрывать базовые потребности.
Ко всему прочему, в России массово возвращают сотрудников с удалёнки в офисы – якобы из‑за падения эффективности. Однако все прекрасно понимают, что смена локации не гарантирует результата: если работник имитировал активность дома, он будет делать то же самое и в офисе.
Самое же коварное в этой ситуации – эффект домино. Потеря работы одним специалистом запускает цепочку проблем: он меньше тратит, значит, страдают локальные бизнесы; его семья сокращает расходы, что бьёт по ритейлу и услугам; накопленные сбережения тают, а кредиты становятся непосильным бременем. В масштабах страны это выливается в снижение потребительского спроса, рост безработицы и общую экономическую нестабильность.
Парадокс в том, что блокировки задумывались как инструмент защиты, но на практике они часто работают против тех, кого должны оберегать. Вместо создания самодостаточной цифровой экосистемы получается её фрагментация: отдельные сервисы заменяют глобальные платформы, но не могут предложить сопоставимых возможностей. Специалисты теряют конкурентоспособность, бизнес – прибыль, а экономика – темпы роста.
* принадлежит Meta, которая признана в РФ экстремистской и запрещена